Лора ехала с Ником на выходные в горы. Они смеялись, включали старую музыку, которую оба любили с детства. Она почти не смотрела на дорогу - только на его профиль, на то, как он барабанит пальцами по рулю в такт песне. А потом всё исчезло в одном оглушительном ударе.
Когда Лора пришла в себя, вокруг стояла тишина. Машина лежала перевёрнутой, Ник не двигался. Она кричала его имя, пока голос не сорвался. Её саму почти не задело - только царапины и кровь на руках, но чужая. Чья-то. Потом подъехала машина, из неё вышла женщина средних лет с очень спокойным лицом. Она сказала, что её зовут Бетти, что она всё видела и уже вызвала помощь. Лора почти ничего не помнила дальше - только как Бетти крепко держала её за плечи и повторяла, что всё будет хорошо.
Через несколько дней Лора оказалась в доме Бетти. Не в больнице, не у родителей, а именно там. Её привезли сюда, потому что «дома спокойнее», как объяснила Бетти. Дом стоял на отшибе, окружённый соснами, с широкими окнами и старым роялем в гостиной. Лора сначала не хотела оставаться, но сил сопротивляться почти не было. Она сидела на диване, завернувшись в чужое одеяло, и смотрела, как Бетти готовит чай. Всё вокруг казалось мягким и тёплым, словно кто-то специально создал это место, чтобы человек мог спрятаться от мира.
Сначала присутствие семьи Бетти действительно помогало. Муж Бетти, Ханс, говорил мало, но всегда улыбался уголками глаз. Их взрослая дочь Анна готовила вкусные пироги с корицей и спрашивала Лору, не хочет ли она поиграть что-нибудь на рояле. Лора садилась за инструмент, трогала клавиши, и пальцы сами находили знакомые мелодии. Музыка возвращала ей дыхание. Она играла Шопена, потом Баха, потом что-то своё - рваное, ещё не законченное. Бетти слушала, стоя в дверях, и глаза у неё становились влажными. Лора думала, что это от сочувствия.
Но дни шли, и что-то начало меняться. Лора замечала мелочи. Телефон ей так и не вернули - говорили, что он разбился, а новый ещё не купили. Окна в её комнате всегда были закрыты на задвижку, хотя Бетти уверяла, что это от сквозняков. Анна слишком часто спрашивала, не скучает ли Лора по родителям, и каждый раз, услышав «да», мягко улыбалась и меняла тему. Однажды ночью Лора проснулась оттого, что кто-то тихо стоял у её двери. Она не видела лица, только силуэт, но почувствовала взгляд. Утром Бетти сказала, что это ей приснилось.
Лора стала замечать, как внимательно за ней наблюдают. Не грубо, не явно - скорее с какой-то странной заботой. Будто она не гость, а что-то очень ценное, что нельзя потерять. Когда она попросила отвезти её в город, Бетти погладила её по голове и ответила, что ещё рано, что Лора пока не готова. «Ты же сама понимаешь», - добавила она тихо, и в этих словах было что-то, от чего по спине побежали мурашки.
Теперь Лора почти не играет. Пальцы дрожат, когда она подходит к роялю. Она сидит у окна и смотрит на сосны, на дорогу, которая уходит куда-то далеко. Иногда ей кажется, что авария случилась не случайно. Иногда ей кажется, что Ник до сих пор где-то рядом - просто молчит. А иногда она ловит себя на мысли, что этот дом, эти люди, это тепло - и есть её новая реальность. И от этой мысли становится труднее всего дышать.
Она ещё не знает, что будет дальше. Но уже понимает: если она не найдёт способ уйти, отражения в зеркалах этой комнаты когда-нибудь перестанут быть её собственными.
Читать далее...
Всего отзывов
6